Рыбалка в Оренбуржье

   

 

 

Яндекс.Метрика

А.Н. Дмитриев: «Рыба не пожалуется в милицию»

 

Рыбные запасы нашей области стремительно уменьшаются. Кто в этом виноват? Почему несовершенны законы о рыболовстве? Какой лов считается браконьерским? На эти и другие вопросы наших читателей ответил старший госинспектор инспекции рыбоохраны по Оренбургской области Александр Николаевич ДМИТРИЕВ.

 

Андрей Иванович, рыбак-любитель, пос. Энергетик, Новоорский район:

- Что можно сделать по урегулированию такого большого весеннего сброса воды из Ириклинского водохранилища? Картина страшная - провисает лед, гибнет рыба.

 

- Этот вопрос мы давно поднимаем и на координационном экологическом совете, и в администрации области. У нас есть Положение об эксплуатации Ириклинского водохранилища, где прописано, как должны проводиться все сбросы. Но беда в том, что оно разработано и выпущено в 1972 году. С тех пор многое изменилось. Кроме того, за эти 30 лет всю пойму застроили. Давно назрела необходимость пересмотреть Положение об эксплуатации водохранилища. Но эта проблема до сих пор не решается. Надо все просчитать, и это можно сделать. По подсчетам специалистов, ущерб от зимнего сброса воды составляет 200 тонн сиговых в год, или в денежном выражении 8,5 миллиона рублей. Основной сброс нужно делать летом.

 

Сергиенко С.И., Оренбург:

- Я слышал, что документы на промысловый лов, оформленные «Камуралрыбводом», с 12 апреля недействительны. Так ли это?

 

- Разрешения, которые выданы в этом году, действительны до конца года, потому что квота на вылов рассчитана на весь этот период.

 

Павел, Новотроицк:

- В последнее время стало возникать очень много вопросов по поводу аренды водоемов. Ситуация непонятная. Людей, которые рыбачат с берега, прогоняют, заявляя, что там нельзя ловить рыбу. Есть ли четкие правила - где можно рыбачить, а где нет? И почему во многих местах стоят знаки с надписью «частная собственность»?

 

- Очень многие обыватели путают понятия пользования водными биоресурсами и выкупа. Никакого выкупа государственной собственности, какой и являются водоемы, нет и не может быть. Значит, установка табличек со словами «частная собственность» незаконна. Любой предприниматель может взять водные биоресурсы в пользование, и он составляет договор, куда включены определенные условия пользования, при этом он берет квоту на вылов. Но это не имеет никакого отношения к тем «удочникам», которые приезжают на водоем рыбачить. Запрещать им ловить рыбу незаконно, подходы к реке должны быть доступны для всех граждан, как и возможность пользоваться водоемом. Если вы столкнулись с такими нарушениями, обращайтесь в милицию. Или звоните нам, в инспекцию рыбоохраны, по телефону в Оренбурге: 77-22-19, 77-3145. 

 

Б. Франц, Орск:

- Каковы планы в отношении Ириклинского водохранилища? В других регионах рыбоохрана тесно сотрудничает с рыболовными клубами в плане противостояния браконьерству. Как нам перенять этот опыт? И еще вопрос: ваше отношение к свободной продаже сетей.

 

- Да, уловы на Ирикле нестабильны - то снижаются, то повышаются. Все это зависит от статотчетности. Думаю, не ошибусь, если скажу, что до 50 процентов выловленной рыбы не учитывается. Очень трудно проконтролировать даже выданные квоты. Сейчас разрабатываются новые правила для восполнения этого пробела в законодательстве. Нет ни одного регламентирующего документа и в отношении спортивно-любительского рыболовства. Кстати, в наше время невозможно запретить свободную торговлю сетями. Что касается «китайки» - мы просили запретить их продажу, они дешевые, уловистые, и браконьеру не жалко ее выбросить при появлении рыбинспектора. Надеемся, такое решение будет принято.

Я недавно разговаривал со своими коллегами из Казахстана, так они мне сказали, что наловлю приходится выходить в Каспий, рыба не доходит даже до Уральска. 90 тысяч центнеров рыбы и 30 тысяч тонн икры добывалось раньше на Каспии ежегодно. Теперь даже точных цифр нет. И прогноз печальный. Осетровых рыб скоро не будет совсем, да и других пород, потому что государству невыгодно вкладывать в это деньги, отдачи ждать не приходится. Наша задача - хотя бы сдержать вал браконьерства и хищений, об их искоренении нечего и говорить.

 

Алексей Незванов, Оренбург:

- Может ли человек заразиться от рыбы какой-то болезнью? Говорят, что такие случаи были в Сорочинске. Кто занимается таким контролем?

 

- Этим занимается ветеринарная служба, ихтиопатологи. Например, лигулез, то есть ленточный червь, не опасен для человека. Рыба же, зараженная этой болезнью; плохо растет. Описторхоз выявлялся в прошлом году у карповых, кроме карася. Но достаточно хорошо прожарить или просолить пойманную рыбу, и никаких проблем со здоровьем у вас не будет.

 

Николаи Дахневич, Акбулак: 

- Слышал, что ваше ведомство будет реорганизовано. Поясните, зачем это делается. 

 

- Процесс этот начался уже давно. Говорили: как это так, инспекторы рыбного хозяйства правой рукой разрешают, левой -запрещают, и никто это не контролирует. Я считаю, что охрана, воспроизводство и регулирование должны идти в комплексе. 

Если это разъединить - будет беда. На деле же произошло разделение контрольно-надзорных и распорядительных функций. Контрольно-надзорные, относящиеся ранее к рыбнадзору, переданы в федеральную службу по ветеринарному и фитосанитарному надзору, в прерогативе которой теперь в том числе борьба с браконьерством, контроль за воспроизводством рыбных запасов.

 

Николай Гладков, Оренбург:

- Что нового в любительской рыбалке? Какие снасти разрешены? Можно ли ловить раков в водоемах?

 

- По этому виду рыболовства сейчас нет никаких постановляющих документов, но вышел Закон о рыболовстве, и в нем прописано, что должны быть еще и подзаконные акты. Их принятия мы и ожидаем, так как для нашей области, для реки Урал, характерно именно любительское рыболовство. А промышленное надо отменять! Необходимо подходить к этим вопросам дифференцированно. Кроме Ириклы все водоемы нужно отдать под любительское рыболовство. А ловить можно на удочку с применением не более 5 крючков, раков ловите на здоровье, но до 50 штук на человека и длиной не менее 9 сантиметров. Иначе - штраф 42 рубля за каждого «лишнего рака».

 

Сергей Пронин, Оренбург:

- Почему до сих пор продолжается лов электроудочкой? Какое наказание положено за это?

 

- За использование электроудочки закон предусматривает уголовное наказание по 256 статье УК РФ. В год обычно заводится в среднем 15 таких дел, которые чрезвычайно проблематично довести до суда - доказать применение этого запрещенного вида лова очень сложно. Браконьер бросает ее в воду, она плывет по течению - попробуй докажи, кому она принадлежала!

Был случай, задерживали мы в Ташлинском районе браконьеров, которые выловили 78 сомов общим весом 40 кг. Только одна рыба весила 12 кг, вес остальных в среднем составлял 300 граммов. Причем задержанные оказались людьми «при погонах» - среди них были майор, подполковник. Мы добились их осуждения. Но это случай редкий. В Прибалтике, откуда к нам и завезли первые электроудочки, с ними боролись весьма успешно. Страна маленькая, все водоемы оборудовали специальными буйками, которые подавали на пульт сигнал при появлении в воде разряда электротока.

У нас даже на Урале это сделать не получится, слишком затратно. Общественность должна заниматься охраной наших водоемов, сообщать нам обо всех фактах браконьерства.

В прошлом году рейдами занимались всего 20 инспекторов, а сейчас, когда у нас забрали эти функции, инспекторы рыбоохраны присоединены к охотинспекторам. Но, должен сказать, чем больше инспекторов, тем больше злоупотреблений - у каждого есть родня, сват-брат, и устоять перед соблазном, не воспользоваться тем, что должен охранять, очень трудно.

 

Евгений Синицын, Гай

- Стало ли у нас меньше нарушителей на водоемах? Ведь штрафов рыбинспекторы стали выписывать с каждым годом все больше.

 

- Мы часто подменяем понятия, когда говорим о браконьерстве. Его не может быть больше или меньше, да и нанести непоправимый ущерб рыбным запасам браконьеры не могут. Это не правонарушители, учет которых ведется. Посчитать незаконных любителей ловли невозможно. Рыба не напишет заявление в милицию, к ней нужно просто идти на помощь.

Если принять число «незаконных рыбаков» за 100%, то из них 15% - это максимум, который удается выявить и наказать. Покупка разовых лицензий на вылов рыбы -а их продается до 10-12 тысяч в год - это сокращение 85% «неучтенных» браконьеров. Чем больше мы выявляем нарушений, тем лучше. А если в отчетах показана цифра сокращения числа таких нарушений, значит, инспекторы плохо работают.

 

Мария ПАВЛОВА

 

КСТАТИ

По закону за ловлю рыбы с помощью электроудочки положен как минимум штраф - его сумма может достигать 200 тысяч рублей, максимум - исправительные работы сроком до двух лет. Возможен еще и арест до шести месяцев.

 

АиФ в Оренбуржье  №28, 2005 г.

 


Идея и воплощение - Pavlo   2003-2011